Привет, Гость!
Главная
Вход
Библиотека | Попытки юмора
1 2 >>

МАЗАЙ В ТУМАНЕ

Кто добавил:AlkatraZ (25.12.2007 / 19:25)
Рейтинг:rating 430 article (0)
Число прочтений:3329
Комментарии:Комментарии закрыты
Солнце еще только позолотило край горизонта, когда Мазай вышел из дома. На плече он нёс вёсла, за поясным шнурком висел топор.

Старик хмурился. Настоящая весна всё никак не приходила, а печку топить чем-то было нужно.

Постояв с минуту на бугорке, за которым протоптанная годами тропинка терялась в грязном песке, Мазай направился к реке: в половодье там можно было наловить немало древесных обломков, плавника и прочей дряни, которая в подсушенном виде горела и давала тепло.

Вот и река. Раздутая, разлившаяся, вспухшая, словно беременная баба, она внушала уважение. Вдоль берегов катили хлопья грязной пены, песок здесь сменился черноземом пополам с сорной травой. Врезаясь носом в холодную землю, на берегу застыла старая пошарпанная лодка.

Прикрываясь от ветерка, Мазай закурил, глаза его потеплели. Ноги вязли в утреннем тумане, податливом, как пуховая перина. Скользящая серой лентой вода словно бы тяжело дышала, испаряясь в морозный воздух бело-дымным киселем.

Над дремлющей рекой перекликнулись вороны и, летя на противоположный берег, внимательно глянули на Мазая.

— Фу, черти! — Мазай закашлялся, выплюнул самокрутку и махнул им вслед рукой.

Сев в лодку и оттолкнувшись от берега, старик положил весна в уключины и быстро стал выгребать на середину. Берег тут же размылся и пропал в тумане. Свежело; Мазай поежился. По сторонам несло всякий мусор: палки, ветки и веточки, коренья, полоски коры, — ежегодный разлив точил лес как трудолюбивый бобер. Река наступала: по ночам, ворочаясь в своем сарае, Мазай мог слышать, как с шумом обрушиваются в воду деревья, чьи корни река мыла каждую весну едва ли не с самого рождения.

Вот и первые островки. На клочках суши чинно сидели зайцы, переступая лапками по мокрой земле. Мазай некоторое время сурово смотрел на них, потом смячился.

— Идите сюда, так и быть.

Зайцы попрыгали в лодку.

То же самое произошло еще у трёх островков. Зайцев было много, и каждый хотел жить. Для всех в лодке нашлось местечко.

Потом Мазай сидел и курил, глядя на восход. Весла он положил и позволил лодке плыть по воле течения. Красивые утренние пейзажи временами навевали на него поэтические настроения. На несколько минут забыв о цели своей поездки, Мазай достал из-за голенища валенка махонькую книжечку с потрепанными страницами, грифель, и, взглянув на сгрудившихся в другом конце лодки озябших, взъерошенных зайцев, написал на чистом листке крупными печатными буквами:



«В нашем болотистом, низменном крае

Впятеро больше бы дичи велось,

Кабы сетями её не ловили,

Кабы силками её не давили…

Зайцев вот тоже – их жалко до слёз…»



Из тумана выплыло длинное суковатое бревно, на котором дрожало с десяток зайцев. Старик спрятал книжку в валенок и закурил. Табак был крепок, вонюч и отчаянно ел глаза.

— Взял бы я вас, да ведь лодку потопите!… — с сожалением сказал Мазай, глотая внезапно набежавшие слёзы. Однако бревно отпускать тоже не хотелось: такая деревяха дня три гореть будет, если не пять, — много ли старику надо? Вздохнув, Мазай почесал треух и аккуратно стал цеплять бревно багром.

После снова взялся было за грифель, но вдохновенье уже всё вышло. Посидел, глядя на своих пушистых пассажиров, и сказал со значением:

— Да где бы вы были, косые, без меня-то? Правильно, утопли бы все. Или лисичке на корм достались. Хе…

Только было начавший расходиться туман внезапно снова загустел. Мазай неодобрительно цыкнул, и зайцы пригнули уши, как от щелкнувшего курка.

— Трусишки… — вздохнул старик, берясь за весло.

Но чу!.. Что это? Откуда-то сзади послышалась разудалая музыка. Мазай прислушался и шмыгнул носом. Звук будто бы приближался.

— Деревенские, что ль, играють? Так ить рано ж еще… — недоуменно пробормотал Мазай, жуя погасшую самокрутку. — Аль свадьба у кого?

Однако деревня осталась ниже по течению, музыка же раздавалась прямо за спиной. Бросив весло, Мазай обернулся. Из-за острова на стрежень выкатывали здоровенные челны, расписанные всеми оттенками красного. В самом здоровенном, на борту которого красовалась надпись «Степан Разин», стоял некий лохматый мужик с цыганской медной серьгой в ухе и мрачной решимостью в красных от пьянки глазах. Цветастая рубаха обтягивала его мощный торс подобно парусу. Над головой он держал молодую женщину с тонкой талией, завернутую в расшитый бисером ковёр. Та что-то лопотала не по-русски.

С соседнего челна крикнули:

— Давай, Стенька! Покажи ей!..

Вжарила гармошка, засмеялись дудки. Женщина с жалобным вскриком полетела в воду. Взметнулся целый фонтан брызг.

— Что делают, черти! — прошептал в сердцах Мазай, едва не вывалившись из лодки, чем до смерти перепугал находившихся там зайцев.

— Плывем далее, — объявил тем временем лохматый, махнув рукой. Челны скрипнули и потонули в тумане.

Мазай подождал, пока звуки музыки стихнут вдали, и только после этого стал выбираться из прибрежных камышей, куда успел заблаговременно спрятаться. Поглядев на место, где тело ушло под воду, Мазай покачал головой и стащил с головы треух.

— Вон ить что делают, черти…

Он снова стал выгребать на середину. Настроение было испорчено. Даже появившееся наконец-то из тумана солнце не радовало. Свертывая новую самокрутку, Мазай раскрыл рот и снова едва не выпал за борт: из тумана выплывало огромное деревянное строение, сшитое из вековых досок и размером с хороший столичный дом. В проемах многочисленных квадратных окошек вперемешку торчали головы диковинных зверей, жадно смотревших на близкий берег. Некоторые время от времени раскрывали рты и противно орали.

— Что еще за плавучий зоопарк, мать-тудыть! — гаркнул в сердцах Мазай, стараясь удержать лодку в вертикальном состоянии. — Так ить и перевернуться можно! Козлы!

Невиданный корабль пёр как мамонт, разгоняя во все стороны крутящийся по воде мусор. Чтобы не перевернуться, Мазаю пришлось спешно отплывать в сторону.

Из носового иллюминатора как чертик из коробочки высунулся древний старик в огромным носом, задрапированный в какие-то занавески. Старик был лыс как колено, однако бороду имел длинную и белейшую. На ладони он держал голубя. Взмах рукой — и голубь ввинтился в небо. Сделав круг над странным, будто бы доисторическим судном, наглая птица неожиданно метко какнула Мазаю на лысину и полетела восвояси.

Длинноносый старик подслеповато посмотрел ей вслед из-под ладони и пробормотал:

— Рановато… Воды еще не сошли.

— Да куды ж им сойти-то? Лёд токмо сломался, воде ишшо текти да текти! –— крикнул сердито Мазай, привстав в лодке с веслом в руках, и вдруг смягчился, подмигнув старику:

— Отец, зверушки у тебя забавны какия… Скоко берешь за посмотреть?

Старик с осуждением поглядел на него из-под кустистых бровей и со стуком захлопнул иллюминатор. Под какофонию блеянья, фырканья, кукареканья и каких-то совсем уж обезьяньих визгов судно потащилось дальше и скоро растаяло за поворотом.

— Ну и плыви себе. Вишь ты, махина-то какая… — пробормотал Мазай, обтирая лысину пучком жухлой травы, который подобрал
Скачать файл txt | fb2
1 2 >>
0 / 61

Gazenwagen Gegenkulturelle Gemeinschaft

Яндекс.Метрика